Николас Виндинг Рефн вспоминает «Бронсона»

50v4kccp

Датский режиссер Николас Виндинг Рефн сейчас по локоть в крови работе над фильмом «Неоновый демон», но это не помешало ему приехать в Лос-Анджелес на специальный показ его фильма «Бронсон», приуроченный к выпуску саундтрека на виниле.

Рефн, скорее всего, унаследует титул enfant terrible у своего соотечественника, датчанина Ларса фон Триера. Но пока этого не случилось, посмотрим, что Рефн наговорил зрителям после показа фильма.

«Бронсон» на самом деле не про Чарли Бронсона, а про режиссера

Николас Виндинг Рефн



Фильм о понимании, что искусство – это акт насилия, но Бронсон в моем представлении похож на трудного ребенка, который никак не может адаптироваться к нормальной жизни. Когда он злится, то реагирует слишком бурно и хочет разнести все вокруг к чертовой матери. На уроках рисования его пытались научить рисовать птиц всякий раз, как он почувствует желание разнести что-нибудь. По сути, это меня в нем и заинтересовало.

«Всю свою жизнь я хотел быть знаменитым». С этой фразы начинается фильм. Я могу сказать про себя то же самое. Что интересно, в детстве я тоже был деструктивным парнем, пока не понял, что вместо разрушения могу что-то создавать. Примерно то же самое случилось с Чарльзом Бронсоном.

Поначалу я просто хотел быть известным. Я не знал, как этого добиться, потому что не умел играть и не умел петь. Более того, я был дислексиком и даже не мог стать писателем. Так что я выбрал кино, или кино выбрало меня. Но все вертелось вокруг моего раздутого эго, пока я не обломался так же, как Бронсон. И когда я наконец обзавелся подругой и ребенком, сформировался и начал снимать кино по совсем иным причинам. «Бронсон» стал первым фильмом такого рода. У меня появился фетиш: ну что, буду снимать кино о том, что меня заводит. Я принял факт, что никогда не стану величайшим в мире режиссером, но буду лучшим в своем жанре.

Я говорил с Чарли только один раз, по телефону. Честно говоря, он сам меня не очень интересовал. Он не стоит того, чтобы о нем снимали кино! (смеется) Но мне нравилась концепция Чарли Бронсона, а я очень эгоистичен и все, о чем я снимаю, должно быть обо мне! (смеется) Ну а что? Так и есть! Короче говоря, я взял его жизнь и решил превратить в свою.

Музыка «Бронсона»

Том Харди в роли Чарльза Бронсон

С самого детства я любил музыку, самую разную музыку. На музыкальных инструментах играть не умею, петь не умею, но однажды понял, что музыка очень сильно на меня влияет, поэтому я очень активно использую ее в работе. С «Бронсоном» я пытался понять: «если это музыка, то какая она?» И пришел к выводу, что это Pet Shop Boys. Несколько месяцев подряд я слушал Pet Shop Boys 24 часа в день, задолбал всех вокруг. В «Бронсоне», конечно же, много гомоэротизма, но есть и ощущение кэмпа, присущее музыке Pet Shop Boys. Но многое меняется – «Драйв», например, я снимал, находясь под влиянием Kraftwerk. Слушал их запоем, а у них очень антисексуальная музыка.

Так вот, Pet Shop Boys. Мы встретились с ними, и я попросил их написать музыку к фильму. Но Нил Теннант такой: «Деточка, мы тебе не по карману». (смеется) Это правда, и наверное было бы хреново, согласись они на мое предложение. Поэтому я начал ставить в фильм классическую музыку, потому что она соответствовала его оперному стилю. И чисто случайно мой монтажер Мэт Ньюман предложил мне послушать вещь, которую нашел в интернете. Обещал, что она напомнит мне молодость. И правда, Glass Candy были похожи на электронщиков начал 80-х, которых я слушал, пока рос.

Как Стэнли Кубрик и Кеннет Энгер повлияли на «Бронсона»

Режиссер за работой

Мне всегда нравились работы Кеннета Энгера, особенно ранние, которые привели его к «Восходу Скорпиона» — это вообще его лучший фильм, а также первый фильм, где для некоторых действий за кадром звучала поп-музыка. Это был своего рода первый видеоклип, символический видеоряд совмещенный с музыкой. Во всем, что я делаю, можно видеть его влияние. Было еще время, когда Стэнли Кубрик был для меня примером, и я, глядя на его фильмы, видел голый нерв. Я, кстати, взял оператора «Широко закрытых глаз» Ларри Смита.

Видел ли Бронсон фильм?

Никогда, потому что он в момент его выхода сидел в тюрьме, да и до сих пор там сидит. Запрещено ему кино смотреть. Но он заявил, что это величайший в мире фильм! (смеется)

В Англии Бронсон такая культовая фигура в преступной среде. Тамошние пацаны считают его символом человека, которого Британия пыталась нагнуть. И это довольно глупо. И те пацанчики – как девчонки. А «Бронсон» это такая мощная гей-опера, потому что Бронсон по большому счету отказался от секса. Это я про него выдумал, при всём при том, что это разумно. Он в принципе хотел оказаться в тюрьме. И он явно забросил сексуальную жизнь, чтобы стать своим альтер эго. И чтобы это показать, все вокруг него я сделал сексуальным. Хотел показать, что это никак не проникло в его память. Но мне было интересно, как его поклонники примут такой подход, и я пошел в один лондонский кинотеатр, смотрел фильм вместе с этими четкими пацанчиками, думал, они меня распнут, но они ни во что не врубились.

Идея была в том, чтобы показать человека, живущего в мире, с которым у него нет ничего общего. Поэтому он создает свой мир. Когда вы создаете что-то, то поступаете так же, иногда даже уединяетесь от мира. Бронсон искал свою сцену, чтобы стать тем, кем должен был: величайшим бойцом в клетке. И он понял, что это уничтожит его. Но он всегда был ненормальным для этого мира, и это являлось одним из его проклятий.

Как Рефн отправил «Бронсона» в Торонто

Том Харди и Николас Виндинг Рефн
Том Харди и Николас Виндинг Рефн

Когда я закончил работу над фильмом, то отправил его на кинофестиваль в Торонто, потому что там показывали мою трилогию «Дилер». Их программный директор прислал мне письмо, что это худший из виденных им фильмов! (смеется)

Как Джейсон Стэйтем чуть не стал Бронсоном

Я большой поклонник Джейсона, видел кучу его фильмов. Пытался изо всех сил заполучить его в «Бронсона», встретился с ним, все было хорошо. А потом он прочитал сценарий и такой: «Мужик, я не знаю, что тебе сказать». Жалко, потому что в то время заполучить Джейсона Стэйтема в фильм значило озолотиться. Но ничего не вышло. Может, оно и к лучшему. Потом я пошел к Гаю Пирсу, который тоже меня послал. Тогда я понял, что звезды мне не видать. Бюджет 900 000 долларов, так что на большой гонорар рассчитывать нельзя. С Томом Харди мы познакомились в тот год, он был начинающим актером. Я не пью, он в завязке и мы встретились в винном баре Лондона. Худшее место для встречи. Не сказать, что мы были очарованы друг другом. Я продолжал искать актера, и потом мне снова напомнили про Тома. Я был очень глупый, наглый и упертый, но в конце концов у меня больше не было выбора. И мы снова встретились, причем в куда более подходящей обстановке. Тогда-то я и понял, что он – тот, кто мне нужен. Короче, он получил роль и должен сказать, сыграл великолепно.

Том Харди потрясающий театральный актер, а в фильме много театральщины. Он отличный комедиант. Натуральный хамелеон. Забавно, но он был одержим Чарли Бронсоном, изучал его жизнь, знал его, потому что когда-то пытался запустить кино про него с кем-то и сыграть Чарли. Но когда я решил снимать «Бронсона», то видел в этой роли Джейсона Стэйтема. У меня был другой взгляд на историю, но чтобы осуществить его, нужен был актер вроде Тома. Он с этим великолепно справился и на сегодняшний день является одним из величайших актеров.

Том – актер бесстрашный. Если он тебе доверяет, то отдается всем сердцем, и ты можешь делать с ним, что угодно. Но надо, чтобы он чувствовал себя защищенным. Как любой хороший актер, ему важно знать, что ты поддерживаешь его. И тогда он разденется догола и обмажется гуталином. Для такого требуется многое, а у Тома все получилось, потому что он очень и очень уникальный актер.

О работе в Голливуде

Затылок Тома Харди из фильма «Бронсон»

На самом деле, я еще не пробовал. Работал только над «Бегством Логана», получил офигенный опыт, но дальше дело не пошло, потому что мне нравится свобода. Еще раз повторю, что я очень эгоистичен. Во мне находит отклик только то, что связано со мной. У меня не получается «мы», только «я». Ну а если вы попадаете в голливудскую систему, то понимаете, что так не получится. Достигнуть согласия по какому-либо вопросу мне с ними так и не удалось. Но я все еще хочу попробовать. Вдруг мне понравится? Это постоянный компромисс, и ты должен понять, когда ты готов пойти на него, и чем готов пожертвовать. Свобода и творчество это роскошь. Их нельзя заработать, их можно только захватить, иначе отберут. А я всегда хотел, чтобы у меня была свобода и творчество, а не избавляться от них. Надеюсь, однажды у меня что-нибудь сложится. Я вот как-то хотел снять эпизод «Доктора Кто», но меня завернули. Короче, если не знаешь, берут тебя или нет, посылаешь всех нахрен и делаешь своё.

По материалам Playlist